Атака

597 0

Мы ехали шагом,
мы мчались в боях
и яблочко-песню
держали в зубах.
М. Светлов

Об этом запеве,
пропетом без нас,
мое поколенье
мечтает подчас.
В глазах у парнишки
огонь не горит,
парнишка тоскует
и так говорит:
— Прямые атаки,
прямые бои…
Отдать бы не жалко
все силы свои.
Греметь бы в эпоху
таких вот боев
и вынести доблесть,
как знамя свое.
Никто не виновен,
что я опоздал
пройти революции
огненный вал.
А нынче разменяны
песня и бой
на мелочи быта,
на щебень работ.
Открыто врага
не видать пред собой
и славе — не время,
и песням — отбой…
Парнишка умолк,
не смутив тишину.
До смены осталось
пятнадцать минут.
Никто из бригады
не стал отвечать
на это страданье,
на эту печаль.
И мы по гудку,
девятнадцать ребят,
к участку постройки
уводим себя.
Дорогою песня
звенит вдоль бараков,
какую отцы наши
пели в атаках.
А парень, тоскуя
о славе побед,
молчит и шагает
бригаде вослед.

День бетонили до пота,
на затылок сдвинув шапки,
а когда пришла с гудками
предвечерняя пора,
говорил перед уходом
на смолкающей площадке
по-особому тревожно
озабоченный прораб:

— Товарищи, речь моя будет проста,
но смысл ее вовсе не весел:
участок бетона от сроков отстал
на целых семьсот замесов.
Идут арматурщики впереди,
выходит, задержка за нами.
И если до завтра мы фронт не дадим —
получим рогожное знамя.

Значит, сквозь ночь,
и декабрь, и буран
атаки упрямой
настала пора.

Тогда мы вернулись,
себе не переча,
по фронту работ
становясь в этот вечер.
И день проводили
безудержно шалым,
грохочущим ревом
бетономешалок.

Метель пошла от полночи,
колючая да острая,
дробясь в стекло прожектора
хрустальной белизной.
И стерлинги водили мы
под греющую росторопь
и с лиц сдирали до крови
сжигающий озноб.
Парнишка стерлинг бросил свой,
парнишка вышел недругом,
усталый и озлобленный,
угрюмо крикнул нам:
— Работаем мы день и ночь
под вьюгами да ветрами,
без радости, без гордости,
без отдыха и сна.
Желаю вам, ударникам,
добыть деньгу хорошую,
а я живую молодость
на мелочь не продам!..
И он ушел не мешкая
назад, никем не прошенный,
по выбитым метелицей
вечёрошним следам.
И только вдогонку,
сквозь сизый строй метели,
товарищ бросил с ходу
десяток горьких слов:
— Ступай себе да хвастайся
во сне да на постели,
бредовая романтика
немыслимых боев!..
Секунды плыли бережно
в тугом моторном рокоте,
а мы, разгон удвоив,
и в тридцать восемь рук
вводили тверже стерлинги
в настроенность высокую,
в работу, в постройку
на бешеном ветру.
Сползала ртуть по Цельсию
за сорок линий холода,
бетон ложился в стерлинги
спрессован, как свинец,
но мы бетон оттаяли
жарою паропровода,
себя — разбегом стерлингов,
биением сердец.
Гремели шахты взрывами,
шли вспышки буровые,
и поезда разбрасывались
дымом вороным.
На дальних пограничьях
дневали постовые,
храня разбег строительных
атак моей страны.
Страна дышала грохотом
за снежною громадой
и от вождя до сторожа
всю ночь ждала рассвет,
уверена, что стройку
не бросили бригады,
узнает о которых
назавтра из газет.

Рассвет явился нарочным,
ускоренным отменно,
сухой, как полагается
при кованой зиме.
Мы стерлинги передали
восьмичасовой смене,
и ковш приподнял с грохотом
семьсот второй замес.

День мы спали замертво недаром,
а под вечер, чуть набрались сил,
к нам пришел русоволосый парень,
шапку снял и так заговорил:
— Слушай-ка, ударная бригада,
про работу гордую твою
скоро здесь заслуженной наградой
работяги песни запоют.
Я такой же юностью отмечен,
жить хочу по правилу бойцов,
чтоб нести мне званье человечье,
расшибая ветер о лицо.
А мои собратья по артели
глушат удаль словом «чепуха!»
и пока тоскуют в час метели
о покое деревенских хат.
О дворе да тесаном заборе
греют в сердце мысли и слова,
ладят песни про златые горы.
Мне на эти песни наплевать.
Все слова продуманы до крохи,
силы в цель до капельки сгустив,
я хочу хоть краешек эпохи
на плечах по-вашему нести.
Если ж просто говорить, как надо,
напрямик, так ты прими меня,
самая ударная бригада,
не гони от своего огня…

Товарищу бригада
сказала: — Хорошо!
Товарищ на смену
двадцатому пришел.
И снова, будто в звездные
военные года,
мы бой вели атаками
гражданского труда.

Понравилось стихотворение? Оставьте свой комментарий!
Обычные комментарии
Комментарии

Будьте первым, кто прокомментирует это стихотворение?

Помните, что все комментарии модерируются, соблюдайте пожалуйста правила сайта и простые правила приличия! Уважайте и цените друг друга, и, пожалуйста, не ругайтесь!

Добавить комментарий

5 случайных фактов
Самым доходным произведением для Пушкина стал его роман в стихах "Евгений Онегин". Прижизненные издания "Евгения Онегина" и отдельных его глав принесли поэту прибыль, эквивалентную 4 000 000 современных российских рублей (или примерно 135 000$)
Из биографии А. С. Пушкина
Владимир Маяковский подарил своей возлюбленной Лиле Юрьевне Брик кольцо с её инициалами — «Л Ю Б». Будучи расположенными по кругу, эти буквы складывались в бесконечное «ЛЮБЛЮ».
Из биографии В. В. Маяковского
7 июля 1965 года на Ваганьковском кладбище была похоронена советская поэтесса Вероника Тушнова. Ее сборники не лежали на прилавках книжных магазинов и не стояли на библиотечных полках. Считалось, что исповедальность ее поэзии, щемящая откровенность чувств не совсем созвучны времени коллективного энтузиазма… И даже после так называемой перестройки стихи этой поэтессы оставались в таком же непочете у издательств России.
Из биографии В. М. Тушновой
Наталья Гончарова - жена великого русского писателя А. С. Пушкина была на 10 см выше мужа. По этой причине, бывая на балах, Пушкин старался держаться от супруги поодаль, чтобы лишний раз не акцентировать внимание окружающих на этом контрасте.
Из биографии А. С. Пушкина
Пушкину А. С. принадлежит не менее 70 эпиграфов, Гоголю и Тургеневу И. С. – более 20.
Из архивов русской поэзии
© 2008 - 2020 Сборник русской поэзии "Лирикон"
Рейтинг сборника русской поэзии Лирикон