Скончался скромный человек
Без имени и отчества.
Клиент прилежнейший аптек
И рыцарь стихотворчества.
Он от своих булыжных строк
Желал добиться легкости.
Была бы смерть задаче впрок —
И он бы тут же лег костьми.
Хоть для камней имел Сизиф
Здоровье не железное,
Он все ж мечтал сложить из них
Большое и полезное.
Он шел на бой, он шел на риск,
Он — с животом надорванным —
Не предъявлял народу иск,
Что не отмечен орденом.
Он свято веровал в добро
И вряд ли бредил славою,
Когда пудовое перо
Водил рукою слабою.
Он все редакции в Москве
Стихами отоваривал,
Он приносил стихи в мешке
И с грохотом вываливал.
Валялись рифмы но столам,
Но с примесью гарнирною —
С гранитной пылью пополам
И с крошкою гранитною.
В тот день, когда его мослы
Отправили на кладбище,
Все редколлегии Москвы
Ходили, лбы разгладивши.
Но труд — хоть был он и не впрок! —
Видать, нуждался в отзвуке, —
И пять его легчайших строк
Витать остались в воздухе…
Поэт был нищ и безымян
И жил, как пес на паперти,
Но пять пылинок, пять семян
Оставил в нашей памяти.
Пусть вентилятор месит пыль,
Пусть трет ее о лопасти —
Была мечта, а стала быль:
Поэт добился легкости!
Истерты в прах сто тысяч тонн
Отменного булыжника,
Но век услышал слабый стон
Бесславного подвижника.
Почил великий аноним,
Трудившийся до одури…
…Снимите шляпы перед ним,
Талантливые лодыри!..
1988
Будьте первым, кто прокомментирует это стихотворение?