Элегия V (Всё тихо! и заря…)

Всё тихо! и заря багряною стопой
По синеве небес безмолвно пробежала…
И мгла, что гор хребты и рощи покрывала,
Волнуясь, стелется туманною рекой
По лугу пестрому и ниве молодой.
Блаженные часы! Весь мир в отдохновеньи!
Еще зефиры спят на дремлющих листах,
Еще пернатые покоятся в кустах,
И всё безмолвствует в моем уединеньи…
Но боги! неужель вы с мира тишиной
И чувств души моей порывы усмирили?
Ужели и во мне господствует покой?..
Уже, о счастие! не вижу пред собой
Я призрак грозный, вечно милый,
Которого нигде мой взор не покидал…
Нигде! ни в шумной сече боя,
Ни в бранных игрищах военного покоя!..
О ты, что я в тоске на помощь призывал,
Бесчувствие! о дар рассудка драгоценной,
Ты, вняв мольбе моей смиренной,
Нисходишь наконец спасителем моим.
Я погибал… Тобой одним
Достигнул берега, и с мирныя вершины
Смотрю бестрепетно, грозою невредим,
На шумные валы бездонныя пучины!..
А ты, с кем некогда делился я душой
И кем душа моя в мученьях истощилась…
Утешься: ты забыта мной!..
Но, ах, почто слезой ланита окропилась?.
О слезы пламенны, теките! Я свои
Минуты радости от сих минут считаю
И вас не от любви,
Но от блаженства проливаю!

1816

Примечания:
Обращено к Елизавете Антоновне Злотницкой (1800—1864), на которой поэт собирался жениться.