Нет ничего-то милее мне
Отчизны и Друга крылатого…
Памятью верной лелеемы,
Манят они, раня и радуя.
Как бы забыть их пыталась я?
И как бы могла их отринуть я?
С этою страстью и жалостью
И сердце моё было б вынуто…
Ах, хоть пред смертью послушать бы
Наш благовест, важный, малиновый,
Трельки жалейки пастушеской
И жаворонков, и малиновок…
Ах, повидать хоть глазочком бы
Покос наш цветасто-слепительный,
Ширь с голубыми лесочками,
Жар-купол на храме Спасителя…
Миром дохнуть бы и кашкою,
Костром и кадильными дымами…
Съесть хоть пол-ломтика нашего —
Ах! — чёрного хлеба сладимого…
И ещё раз насмотреться бы
На Лик, что любила единственно
Там… и в Болгарии, Греции,
В дни сказки… и горестной истины…
Светлые веси московские
Да Лик тот с чертами медвянами
Ангела образ Рублёвского —
Нет ничего их желанней мне.
Будьте первым, кто прокомментирует это стихотворение?