Очи черные-I. Погоня

Во хмелю слегка,
лесом правил я.
Не устал пока, —
пел за здравие.

А умел я петь
песни вздорные:
«Как любил я вас,
очи черные…»

То плелись, то неслись, то трусили рысцой.
И болотную слизь конь швырял мне в лицо.
Только я проглочу вместе с грязью слюну,
Штофу горло скручу — и опять затяну:

«Очи черные!
Как любил я вас…»
Но — прикончил я
то, что впрок припас.

Головой тряхнул,
чтоб слетела блажь,
И вокруг взглянул —
и присвистнул аж:

Лес стеной впереди — не пускает стена, —
Кони прядут ушами, назад подают.
Где просвет, где прогал — не видать ни рожна!
Колют иглы меня, до костей достают.

Коренной ты мой,
выручай же, брат!
Ты куда, родной, —
почему назад?!

Дождь — как яд с ветвей —
недобром пропах.
Пристяжной моей
волк нырнул под пах.

Вот же пьяный дурак, вот же налил глаза!
Ведь погибель пришла, а бежать — не суметь, —
Из колоды моей утащили туза,
Да такого туза, без которого — смерть!

Я ору волкам:
«Побери вас прах!..»
А коней пока
подгоняет страх.

Шевелю кнутом —
бью крученые
И ору притом:
«Очи черные!..»

Храп, да топот, да лязг, да лихой перепляс —
Бубенцы плясовую играют с дуги.
Ах вы кони мои, погублю же я вас, —
Выносите, друзья, выносите, враги!

…От погони той
даже хмель иссяк.
Мы на кряж крутой —
на одних осях,

В хлопьях пены мы —
струи в кряж лились,
Отдышались, отхрипели
да откашлялись.

Я лошадкам забитым, что не подвели,
Поклонился в копыта, до самой земли,
Сбросил с воза манатки, повел в поводу…
Спаси бог вас, лошадки, что целым иду!

…Сколько кануло,
сколько схлынуло!
Жизнь кидала меня —
не докинула.

Может, спел про вас
неумело я,
Очи черные,
скатерть белая?!