Посыпайте голову перцем

39 0

По мотивам американской детской поэзии

Если я был бы…

Если я был бы маленький-маленький гном,
Я б умывался каплей одной дождя,
Я бы на божьей коровке ездил верхом,
Удочку прятал в дырочку от гвоздя.

Я под дверями б запросто проходил,
Мне бы комар казался большим орлом,
Блюдце — широким озером, если б я был…
Если я был бы маленький-маленький гном.

Я бы ни папу, ни маму обнять не мог,
Разве мизинчик, и то — не наверняка,
Я бы в испуге шарахался из-под ног
Даже полуторамесячного щенка.

Если бы мне подарила конфету «Полет»
Тетя, которая очень любит меня,
Я бы конфету эту ел целый год,
Фантик один разворачивал бы полдня.

Чтоб написать короткое слово «привет»,
Я бы с неделю ворочал вечным пером…
(Эти стихи я писал четырнадцать лет,
Я ведь и есть маленький-маленький гном.)

Про микроба

Микроб — ужасно вредное животное:
Коварное и, главное, щекотное.
Такое вот животное в живот
Залезет — и спокойно там живет.

Залезет, шалопай, и где захочется
Гуляет по больному и щекочется.
Он горд, что столько от него хлопот:
И насморк, и чихание, и пот.

Вы, куклы, мыли руки перед ужином?
Эй, братец Лис, ты выглядишь простуженным…
Постой-ка, у тебя горячий лоб:
Наверное, в тебе сидит микроб!

Заводим кота

Сперва заводим мы жену и дом.
А мышь сама заводится потом.

Потом жена заводит в свой черед
Речь о мышах — и что, мол, нужен кот.

Заводим и кота. Узнав о том,
Мышь притихает и дрожит хвостом.

Зато, как заведенный, скачет кот
Всю ночь, пока не кончится завод.

Ничем котяру не угомонишь…
Уж лучше б я купил вторую мышь!

Размышления в прихожей
после прогулки с собакой
в дождливую погоду
Знавал я в жизни
Преданных друзей,
Знавал друзей веселых…
Но, однако,
Нет друга преданней
И веселей,
Чем ГРЯЗНАЯ и МОКРАЯ
Собака!

Корова

Корову узнать легко
По одному по тому,
Что с одной стороны у нее МОЛОКО,
А с другой стороны —
МУУУУУУУ!

Котенок

С котенком сложность в том,
Что он потом,
В конце концов
Становится
Котом!

Домашний дракончик по имени Пончик
У девочки Линды был белый домишко,
В нем жили котенок, и серая мышка,
И рыженький песик, и скромный дракончик,
Домашний дракончик по имени Пончик.

Пыл песик Матросик, как лев, бесшабашен,
Котенок Чертенок — чертовски бесстрашен,
Мышонок Смышленок был тоже не кролик,
Лишь пончик, чуть что, забивался под столик.

Покрыт чешуей и утыкан шипами,
С огнем из ноздрей и большими зубами,
В своей пуленепробиваемой шкуре
Был Пончик — увы! — трусоват по натуре.

И вот на заре кто-то в стенку им стукнул,
И пискнул Смышленок, Чертенок мяукнул,
Загавкал Матросик, хозяев встревожа:
В окне показалась ПИРАТСКАЯ РОЖА!

Пират был небритый, матерый, отпетый,
За поясом сабля, в руках пистолеты,
Да кортик, зажатый в оскаленной пасти…
Ах, Линда, откуда такие напасти?

Она закричала: «На помощь, о други!»
Но песик Матросик умчался в испуге,
Чертенок в чердачном окне оказался,
И даже Смышленок на миг растерялся.

И тут вылез Пончик, дымящийся грозно,
Раздутой ноздрею пыхтя паровозно,
Он хряснул хвостом, опрокинувши лавку,
И двинулся, как воробей на козявку.

Пирату такое не снилось, бедняга!
Он рому глотнул из испытанной фляги,
Он выстрелил дважды — да где там! Дракончик
Его проглотил моментально, как пончик.

Великою радостью дом осветился,
Матросик примчался и в пляску пустился,
Смышленок с Чертенком вскочили на бочку,
А Линда дракончика чмокнула в щечку.

Но песик Матросик сказал: «Между прочим,
Пират был не так уж искусно проглочен.
Я это и сам бы исполнил неплохо,
Когда б вы не подняли переполоха!»

Смышленок с Чертенком сказали поспешно:
«И мы бы его проглотили, конечно!»
Дракончик не спорил: «Согласен, ребята,
Вы лучше могли бы отделать пирата».

У девочки Линды есть белый домишко,
Живут в нем котенок, и серая мышка,
И рыженький песик, и скромный дракончик,
Домашний дракончик по имени Пончик.

Котенок Чертенок чертовски бесстрашен,
И песик Матросик, как лев, бесшабашен,
Мышонок Смышленок — он тоже не кролик,
Лишь Пончик, чуть что, залезает под столик.

Питти-Витти

— Дайте мне работу, —
Просит Питти-Витти.
— Что ты можешь делать?
— Все, что захотите!

Я могу из стульев
Дом построить курам,
Вырезать из зонтика
Лампу с абажуром.

Только попросите —
Я раскрашу ванну,
Клюшкою с буфета
Джем для вас достану.

Наловлю вам шляпой
Полный чайник рыбы.
Будете довольны,
Скажете спасибо!

Дайте мге работу!
За одну монетку
Я могу гвоздями
Починить кушетку.

А за две монетки
Я вам шкаф подвину
И прибью на стену
Новую картину!

Подою корову,
Если вы сначала
Скажете так сделать,
Чтобы не мычала.

Прокачу вас в лодке,
Если мне на веслах
Чуточку поможет
Кто-нибудь из взрослых…

Вот такой работник
Есть у нас прекрасный.
Он и вам поможет,
Если вы согласны.

Наш неутомимый,
Ловкий Питти-Витти!
Он готов на подвиг —
Только позовите.

Жуткое логово

Разве мог я подумать? Конечно же, нет, —
Когда девушке милой сказал я: «Привет!»,
Когда в солнечном парке давнишней весной
Познакомился с Мамой, а Мама — со мной.

Я сказал ей: «Поженимся!» Кажется, так.
Разве знал я, что этот решительный шаг
Приведет нас в итоге в вертеп дикарей
Или в жуткое логово диких зверей?

Мы мечтали о детях, смешных малышах,
Об упитанных щечках, помытых ушах.
Разве мы представляли, что рядом взрастет
Беспокойных чудовищ ужасный приплод?

Первой девочка, Мэри, явилась на свет —
С голубыми глазами, свежа, как ранет.
Разве кто-нибудь мог заподозрить в душе,
Сколько буйства таится в таком малыше?

Это было Чудовище Номер Один.
Вслед за ней появился другой господин.
Номер Два был на мальчика с виду похож,
Назван Джоном, казался он мил и пригож.

Поначалу он чмокал, агукал, сопел…
Но он рос — и у нас на глазах свирепел!
Он буянил уже от зари до зари!
А потом появился Кошмар Номер Три.

Так за несколько дней наш порядочный дом
Стал не домом, а просто бандитским гнездом,
Обиталищем бешеных тигров и львов,
Где царят Кавардак, Свистопляска и Рев.

Рассудите же сами — что делать теперь
Маме с Папой? Спасаться в окно или в дверь?
Лишь одно остается, наверное, им —
Превратиться в Ужасных Драконов самим!

Ложная тревога

Если дети второй час подряд
Чересчур себя смирно ведут,
Не кусаются и не вопят,
Не лягаются и не орут,

Возникает естественный страх:
Не больны ли они, не дай Бог?
У папаши тревога в глазах,
В сердце матери — переполох.

«Что-то наши мальцы чересчур
Хорошо себя стали вести!
Поскорее звоните врачу —
Может, их еще можно спасти!»

Впрочем… рано кричать караул.
Подожди, не звони докторам!
Вижу, Тедди Артура лягнул,
В ухо Джону вцепился Бертрам.

Слава Богу, опасности нет —
Ребятишки здоровы опять.
Впрочем, было б оно не во вред
На обед им ремня прописать!

Про охотника-утописта

Один охотник-утопист
Забрел в один овраг.
Вдруг слышит с елки чей-то свист,
Взглянул: так точно, Рак!

Ну, взял он Рака на прицел,
Ба-бах! и подстрелил.
А Рак мотивчик досвистел
И вежливо спросил:

Неправда ли, погодка — шик?
И что за чудный вид!
А тот: — Прости, старик,
Ты разве не убит?

Убит? Здесь кто-то пошутил,
Но шутка не смешна!
А как же выстрел? Выстрел был!
И дырка — вот она!

Рак закричал с обидой: — Вздор!
Какая чепуха!
Но голову клешней потер —
Дыра? Пожалуй, да!

Ну надо ж! — удивился Рак. —
С утра так оплошать! —
Закрыл глаза, на землю бряк! —
И перестал дышать.

Сказал охотник: — Кто был прав?
А ты не верил мне! —
И, Рака за клешню подняв,
Принес его жене.

Посыпайте голову перцем
Каждый день
посыпайте голову перцем,
Обязательно
посыпайте голову перцем,
Потому что,
когда злой Барбазуб
Вас утащит
и продаст ведьме Лахмуте,
Которая захочет
бросить вас в суп, —

Она сперва ощупает вас,
принюхается,
А потом — «АА-ПЧХИ!» —
как чихнет!
«Нет, — скажет Лахмута, —
для меня это слишком круто!
От острого
будет болеть живот».

И она выбросит вас за окошко,
как ненужную дребедень,
И вы побежите домой
с колотящимся сердцем…
И так вы спасетесь —
если каждый день,
каждый день
Будете посыпать свою голову перцем!

Болезнь Пегги МакКей

Мама, я нынче совсем заболела,
В школу сегодня идти не могу:
Тело мое, как червяк, ослабело,
Тошно на сердце и мутно в мозгу.

Пальцы трясутся и чешутся ножки,
Зябко снаружи и жарко внутри,
Перед глазами какие-то мошки,
Сыпь на спине, на ушах волдыри.

Лоб мой пылает — плохая примета,
Температура сто сорок в тени,
Гланды опухли: мне кажется, это
Связано с вывихом левой ступни.

Плюнуть хочу, а никак не плюется,
Рот пересох и ввалился живот,
Стукнешь коленку — во лбу отдается,
Шею надавишь — в лодыжке кольнет.

Вся я желта, как лимонная долька,
Даже глаза поразъехались врозь,
Волосы лезут: вон вылезло сколько!
В ухе какая-то дырка насквозь.

Видно, скрутила меня лихорадка:
В пятке — ангина, в желудке — прострел,
В общем… да что я «желудок и пятка»?
Нос, как полено, одеревенел!

Мама, ни пить мне, ни есть неохота,
Это, наверное, аппендицит…

Что ты сказала? Сегодня — суббота?
Странно, уже ничего не болит.

Невеста

Телки-метелки, овес и пшеница,
Если на мне вы хотите жениться,
Вы научиться должны наперед
Мазать мне патоку на бутерброд,
Жарить яичницу, делать жаркое,
Блинчики, булочки и все такое,
Слушаться, не отбиваться от рук,
Спинку чесать, если чешется вдруг,
Чистить мне туфельки, мыть всю посуду,
Напоминать, если кушать забуду,
Лыжи за мною носить и коньки,
Штопать носочки, играть в поддавки,
Лаять, когда мне медведи приснятся,
Прав или нет, самому извиняться,
Не обижаться на всякий каприз,
Изобретать ежедневно сюрприз,
Игры придумывать мне и забавы…
Эй, погодите!…
Куда вы?
Куда вы?

Длинномобиль

Это самый длинный в мире автомобиль!
Даже мотор в миллион лошадиных сил
С места его не стронет.
Это самый, самый длинный автомобиль —
Длиннее его ничего нет!

Это самый, самый, самый длинный в мире автомобиль —
Он длинною в сто миль, а может быть, в двести.

В заднюю дверцу вхожу — — — — — — в переднюю выхожу,

И вот я уже на месте!

Два Генерала

«Хватит, — сказал Генерал Бумбум, —
Из пушек стрелять,
Кровь проливать.
Эта война никому не нужна!» —
Сказал Генерал Бумбум.

«Точно! — сказал Генерал Бабах. —
Лучше учиться в школу пойдем.
Выучимся — получим диплом», —
Сказал Генерал Бабах.

«Нет уж! — сказал Генерал Бумбум. —
Я в арифметике ни бумбум.
Больно мне надо двойки носить», —
Сказал Генерал Бумбум.

«Ладно! — сказал Генерал Бабах. —
Можно пойти позагорать.
Будем купаться, в ластах нырять», —
Сказал Генерал Бабах.

«Что ты! — сказал Генерал Бумбум. —
Знаешь, какой там страшный прибой?
Мы ж не умеем плавать с тобой!» —
Сказал Генерал Бумбум.

«Верно! — сказал Генерал Бабах. —
Да и фуражки могут украсть.
А без фуражки какая власть?» —
Сказал Генерал Бабах.

«Значит, опять пойдем воевать?»
Ружья, пли!
Пушки, пли!
И генералы сражаться пошли —
Бумбум и Бабах!
— Б А Б А Х !

Я не виноват

Я прекрасную книгу стихов
Написал:
О весенних улыбках,
Цветах и мечтах.
Но голодный козел
Эту книгу сожрал,
И пришлось мне другую
Писать второпях,
Потому что издатель
Меня подгонял,
И потерянных рифм
Я уже не нашел.

Так что, ежели что,
Извините меня.
Только это не я виноват,
А козел.

За буквой Я

Вы, верно, знаете, друзья,
Весь алфавит от А до Я.
А — это Аист,
Б — барсук,
С — это Слон,
а И — Индюк.
С — это Слон,
Я — это Як.
На этом алфавит иссяк.
Ответит вам любой малец,
Что буква Я — всему конец.

Не стану спорить с ним.
Зачем?
Индюк и Гусь
Известны всем.
Но я бывал
В таких местах,
Но я видал
Таких зверей,
Что даже в Главном Словаре
На тысяче двухстах листах,
Как ни листай,
Не сыщешь их.
Да там и нету букв таких!
Другая азбука нужна,
Чтоб записать их имена.

Я — не конец. Наоборот,
Я — это лестница и вход
В другую быль,
В другую даль.
Вы не бывали там?
А жаль!

Прощайте, Аист, Слон и Як!
Пред нами — дальний путь.
Итак,
Мы отправляемся в края,
Лежащие за буквой Я.

За буквой Я есть буква ФЬОК.
С той буквы пишется зверек,
Которого зовут Фьок-Флек.
Он беспробудно дрыхнет днем
Под олеандровым кустом,
Свернувшись в маленький клубок,
А ночью, вспрыгнув на пенек,
Блестящей освещен луной,
Жонглирует, глаза скосив,
Сухими косточками слив —
И не уронит ни одной!

За буквой ФЬОК есть буква ХТЫ.
С той буквы пишутся Хихты,
Высокогорные киты,
Живущие в стране Памир.
О них еще не знает мир,
Их не видал почти никто.
Раз в десять лет,
А, может, в сто
С вершин спускаются Хихты,
Чтоб сбросить старые хвосты
В долине — и испить воды
Из озера Хурды-Мурды.

За буквой ХТЫ есть буква ДРЖАЛ.
С той буквы пишут Дребезжал —
Огромных дребезжащих ос,
Кусающих из-за угла,
Чье жало жгучей папирос,
Острей, чем острая игла.
Их мухоловкой не убить,
Их можно только подстрелить
(О чем предупреждаю вас)
Большим соленым огурцом,
Притом попав тупым концом,
И непременно — в правый глаз.

Вот буква НУНЧ. Она нужна
Для верхового Нунчуна.
Нунчун незаменим в пути:
Он может груз большой везти.
Извилины его рогов —
Всегда к услугам седоков.
Там уместятся без труда
Кастрюля и сковорода,
Половник, чашек восемь штук,
Баранок связка и утюг,
Корзинка (с клюквой, например),
Ключи от дома, револьвер,
Зубная щетка, зонтик, таз,
Иголка с ниткой про запас,
Будильник, путевой альбом
И даже клетка со щеглом.

Вот буква КНЫХ. С нее пиши
Кнышей. Есть мелкие Кныши,
Что в нишах узеньких живут
В ущелье Голли-Волли-Вуд.
Но этих ниш, как говорят,
В ущелье меньше, чем зверят;
И потому любой малыш,
Едва заняв одну из ниш,
Сидит там тихо, не дыша,
Чтобы никто его, Кныша,
Из ниши не погнал взашей.
Вот в чем проклятие Кнышей!

Вот буква БЛЮМБ. Смотри скорей:
С той буквы пишут Блюмарей.
Они, хотя и не жирны
И не пригодны для ухи,
Зато беззубы и скромны,
Миролюбивы и тихи.
К тому же эти Блюмбари
Плавучи, словно пузыри,
И может каждый Пилигрим
Легко перебежать по ним,
Гиматия∗ не замочив,
Через любой морской пролив.

Есть буква БРЫ для слова Брыль.
За много миллионов миль
От наших Солнца и Земли,
В глухой космической дали
Живут в пространстве два Брыля,
Похожие на две метлы.
Вокруг проносятся, пыля,
Созвездья, жарки и светлы.
Но холодно и тошно им
В угрюмой пустоте двоим.
Сыграть ли в шашки, в домино?
Все переиграно давно!
На Брыля Брыль с тоской глядит —
Как в зеркале, там тот же вид.
И вот от скуки Брылем Брыль
Метет космическую пыль.

Вы не устали? Я бы мог
Вести вас дальше тропкой строк
И много новых букв открыть.
Но погодим. Умерим прыть.
Я вам при встрече расскажу
Про Жужепаха с буквы ЖУ,
Про Дрязгодила с буквы ДРЯЗ…
Но это — в следующий раз.

Мы вновь отправимся в поход.
Кто догадается — поймет,
Что всех дорог не перечесть,
Что многое на свет есть
Помимо Яка и Гуся, —
И сказка, стало быть, не вся.

Я — не конец,
наоборот:
Я — это лестница и вход
В необычайные края,
Лежащие за буквой Я.

Понравилось?
Понравилось стихотворение? Оставьте свой комментарий!
Обычные комментарии
Комментарии

Будьте первым, кто прокомментирует это стихотворение?

Помните, что все комментарии модерируются, соблюдайте пожалуйста правила сайта и простые правила приличия! Уважайте и цените друг друга, и, пожалуйста, не ругайтесь!

Добавить комментарий

5 случайных фактов
Интересный факт: русскоязычные поэты могут использовать 5 различных стихотворных размеров, а арабские – 28.
Абстрактное
Статистический анализ 3,7 тысяч стихотворений русских поэтов показал, что «самым поэтичным» деревом является береза, которая упоминается в 84 стихотворениях. На втором месте находится сосна (51 упоминание), а на третьем – дуб (48 упоминаний).
Из архивов русской поэзии
В русской поэзии самое длинное название своему стихотворению придумал Гавриил Романович Державин. Оно звучит как «Желание зимы его милости разжалованному отставному сержанту, дворянской думы копиисту, архивариусу без архива, управителю без имения и стихотворцу без вкуса».
Из архивов русской поэзии
В России в 1912 и 1914 годах выходили сборники стихов Пушкина, которые теперь стали библиографической редкостью: составителем сборников был некий В. Ленин, а предисловие написал А. Ульянов. Ленин — был псевдоним издателя Сытина (его дочку звали Еленой), а литературовед Ульянов был просто однофамильцем.
Из биографии А. С. Пушкина
Интересный факт: существуют слова, к которым невозможно подобрать рифму в принципе, например, выхухоль, туловище, проволока, заморозки и т.д.
Абстрактное
© 2008 - 2019 Сборник русской поэзии "Лирикон"
Рейтинг сборника русской поэзии Лирикон