Вот и Никифор, наконец, жених.
Держа в одной руке ромашку,
он молвит:
— Близок мне желанный миг,
когда жена мне выгладит рубашку.
Того, что дожил до своей поры,
я час назад еще не сознавал.
Был в чайной. Вышел. Знаю: комары,
но вижу Добрый Духов карнавал,
вокруг своей оси крутящихся
для удовольствия таких как я трудящихся.
Я понял: это есть тот самый знак,
что вся Республика велит вступить мне в брак.
А Духи делали движения кадрили
и (что гораздо невообразимей)
они, казалось, молча говорили:
— Не для того ль бы взят отцами Зимний,
чтобы у тружеников всех села
подругой жизни Женщина была?
(Я знаю женщин: с виду — женственны,
а все другие признаки — божественны).
Так
понял Духов я.
И вот итог:
стою, держа в одной руке цветок.
Хоть не такие у меня замашки,
чтобы держать в руках цветы ромашки.
Поселок спит.
Оркестры символические
в моей душе гремят как симфонические.
Будьте первым, кто прокомментирует это стихотворение?