За поля яровые

За поля яровые,
За далёкий покос
Голоски ветровые
Снова полдник унёс.

За луга, за прополку…
И опять вкруг меня —
Только солнце да пчёлка,
Зеленя, зеленя.

Да знакомый кустарник,
Загустевший вконец.
Да с колхоза «Ударник»
Проскакавший гонец.

Грохотнули копыта
Где-то там, по мосткам, —
И грязцой позабытой
Вдруг упало к ногам.

Задрожал подорожник
И сердито притих,
И стою — как безбожник
Перед ликом святых.

Где ты, прежняя тяга
Земляного родства?
И на гребень оврага
Поднимаюсь едва.

За косьбой, за прополкой,
Сколько вдаль ни смотри, —
Только синь, только ёлка
Да сельцо Грибари.

Да копёшки, да веник,
Да гривастая рожь…
А иных деревенек
И в трубу не найдёшь.

Или в гривах косматых
Запропали на срок?
Или сплыли когда-то
За тобой же, браток?

Пусть не так и не эдак.
Хоть и эдак и так…
И сидит во мне предок
И мне кажет кулак.

Ах, Емеля, Емеля!
Это что ж? За кого?..
И стою как тетеря
Перед гневом его.

И душа моя — в струпьях,
А в словах — пустыри.
И стою, как преступник
Перед гласом земли.

А земля по изложью
То нахмурится вдруг,
То искристою дрожью
Засмеётся вокруг.

И пойдёт через воды
То ли свет, то ли дым.
И душа, как под мёдом,
Золотится под ним.

Ой ты власть моя — поле!
Коль виновен — прости.
Дай хоть песенной долей
Для тебя процвести.

Пусть луга не прокиснут
И хлеба не сгорят.
И клянусь перед присным —
Уж ни шагу назад.

И слова, что лежали
Да под камнем глухим,
Подниму, как скрижали,
Перед светом твоим.

1965