Нас семеро

Из Вордсворта

А. В. В.

Радушное дитя,
Легко привыкшее дышать,
Здоровьем, жизнию цветя,
Как может смерть понять?

Навстречу девочка мне шла.
Лет восемь было ей,
Ее головку облегла
Струя густых кудрей;

И дик был вид ее степной,
И дик простой наряд,
И радовал меня красой
Малютки милой взгляд.

«Всех сколько вас?— ей молвил я,
И братьев и сестер?»
— «Всего нас семь»,— и на меня,
Дивясь, бросает взор.

«А где ж они?» — «Нас семь всего.—
В ответ малютка мне.—
Нас двое жить пошли в село,
— И два на корабле,

И на кладбище брат с сестрой
Лежат из семерых,
А за кладбищем я с родной,—
Живем мы подле них».

— «Как? двое жить в село пошли,
Пустились двое плыть,—
А всё вас семь! Дружок, скажи,
Как это может быть?»

— «Нас семь, нас семь,— она тотчас
Опять сказала мне,—
Здесь на кладбище двое нас,
Под ивою в земле».

— «Ты бегаешь вокруг нее,
Ты, видно, что жива;
Но вас лишь пять, дитя мое,
Когда под ивой два».

— «На их гробах земля в цветах,
И десяти шагов
Нет от дверей родной моей
До милых нам гробов;

Я часто здесь чулки вяжу,
Платок мой здесь рублю,
И подле их могил сижу
И песни им пою;

И если позднею порой
Светло горит заря,
То, взяв мой сыр и хлеб с собой,
Здесь ужинаю я.

Малютка Дженни день и иочь
Томилася больна,
Но бот ей не забыл помочь,—
И спряталась она;

Когда ж ее мы погребли
И расцвела земля,
К ней на могилу мы пришли
Резвиться — Джон и я;

Но только дождалась зимой
Коньков я и саней,
Ушел и Джон, братишка мой,
И лег он рядом с ней».

— «Так сколько ж вас?»— был мой ответ.
— «На небе двое, верь!»
— «Вас только пять».— «О барин, нет,
Сочти,— нас семь теперь».

— «Да нет уж двух,— они в земле,
А души в небесах!»
Но был ли прок в моих словах?
Всё девочка твердила мне:
«О нет, нас семь, нас семь!»

1832