Седина

Стою один среди равнины голой,
А журавлей относит ветер вдаль.
С. Есенин

Вот и осень голубая,
С ней я, как в бреду…
Шестьдесят она седая
На моем роду.
Много ль их еще осталось?
Сколько впереди?
И нередко мне усталость
Шепчет: «Помоги…»
Снежный волос на макушке.
Видно, старику
Надоело всем кукушкам
Повторять «ку-ку».
На твоем лице — морщины,
В бороде — метель.
Скоро явится кончина,
Сядет на постель.
Закует тебя прохладой
С головы до пят.
Ей не скажешь, что не надо,
Что не виноват.
Что на свете жил для песен,
Для простых людей,
Не дослушал в поднебесье
Клекот журавлей.
Вновь они летят цепочкой
В даль твоих равнин.
В недописанные строчки
Загоняют клин.
…Сколько я за эти годы
Видел непогод.
Но нигде не канул в воду,
Раз не мой черед.
Полюбил я мир красивый,
В нем я царь и бог,
Всюду матушку-Россию
Защищал, как мог.
И теперь, при всем при этом,
В тот незримый час
Всем товарищам-поэтам
Дам такой наказ:
Пусть себе тускнеют дали.
Ветры бьют до слез —
На груди у нас медали
С кленов и берез.