Старый дом

Где бесшумны и нежны
       Переулки Арбата,
Дух минувшего, как чародей,
       Воздвигнул палаты,
       Что похожи на снежных
              Лебедей.

       Бузина за решёткой:
       Там ни троп, ни дорог нет,
Словно в чарах старинного сна;
       Только изредка вздрогнет
       Тарахтящей пролёткой
              Тишина.

       Ещё помнили деды
       В этих мирных усадьбах
Хлебосольный аксаковский кров,
       Многолюдные свадьбы,
       Торжества и обеды,
              Шум пиров.

       И о взоре орлином
       Победителя-галла,
Что прошёл здесь, в погибель ведом,
       Мне расскажет, бывало,
       Зимним вечером длинным
              Старый дом.

       Два собачьих гиганта
       Тихий двор сторожили,
Где цветы и трава до колен,
       А по комнатам жили
       Жизнью дум фолианты
              Вдоль стен.

       Игры в детской овеяв
       Ветром ширей и далей
И тревожа загадками сон,
       В спорах взрослых звучали
       Имена корифеев
              Всех времён.

       А на двери наружной,
       Благодушной и верной,
"ДОКТОР ДОБРОВ" - гласила доска,
       И спокойно и мерно
       Жизнь текла здесь - радушна,
              Широка.

       О, отец мой - не кровью,
       Доброй волею ставший!
Милый Дядя, - наставник и друг!
       У блаженных верховий
       Дней начальных - питавший
              Детский дух!

       Слышу "Вечную память",
       Вижу свечи над гробом,
Скорбный блеск озаряемых лиц,
       И пред часом суровым
       Трепеща преклоняюсь
              Снова ниц.

       В годы гроз исполинских,
       В страшный век бурелома
Как щемит этот вкрадчивый бред:
       Нежность старого дома,
       Ласка рук материнских,
              Лица тех, кого нет.

1950