За покупками

Я — самый непьющий из всех мужиков,
во мне есть моральная сила,
и наша семья большинством голосов,
снабдив меня списком на восемь листов,
в столицу меня снарядила.

Чтобы я привез снохе
с ейным мужем по дохе,
чтобы брату с бабой — кофе растворимый,
двум невесткам — по ковру,
зятю — черную икру,
тестю — что-нибудь армянского розлива.

Я ранен, контужен, я малость боюсь
забыть, что кому по порядку;
я список вещей заучил наизусть,
а деньги зашил за подкладку.

Значит, брату — две дохи,
мужу сестрину — духи,
тесть сказал: «Давай бери, что попадется!»
Двум невесткам — по ковру,
зятю — заячью икру,
куму — водки литра два, пущай зальется…

Я тыкался в спины, блуждал по ногам,
шел грудью к плащам и рубахам…
Чтоб список вещей не достался врагам,
его проглотил я без страха.

Помню: шубу просит брат,
куму с бабой — всё подряд,
тестю — водки ереванского розлива,
двум невесткам — взять махру,
зятю — заячью нору,
а сестре — плевать чего, но чтоб красиво!

Да что ж мне, пустым возвращаться назад?!
Но вот я набрел на товары…
«Какая валюта у вас?» — говорят.
«Не бойсь, — говорю, — не доллары!»

Растворимой мне махры,
зять подохнет без икры,
тестю, мол, даешь духи для опохмелки!
Двум невесткам — всё равно,
сестре мужину — вино,
ну, а мне — вот это желтое в тарелке…

Не помню про фунты, про стерлинги слов,
сраженный ужасной загадкой…
Зачем я тогда проливал свою кровь,
зачем ел тот список на восемь листов,
зачем мне рубли за подкладкой?

…Где-то надо взять доху,
зятю — кофе на меху,
тестю — хрен, а кум и пивом обойдется;
также взять коньяк в пуху,
растворимую сноху,
ну, а брат и шерри-бренди перебьется!

Нет, мне не понять — я от злости дрожу,
Такое приснится по пьянке, —
Ну что я семье своей завтра скажу —
Другой раз давайте мне франки!

И вам будет по дохе, кофе молотый — снохе,
Куму, зятю и братьям — что попадется,
Брату с бабой — пуд икры, мужу сестрину — ковры,
Ну а тесть и шерри-бренди обойдется!