Жара в Москве

В тех проулках, скверах и дворах,
Где братва подросшая жиганит,
Лето на невидимых кострах
Прошлые года мои сжигает.
И никто не видит, что горит,
Оттого и никому не жалко.
А из окон диктор говорит,
Что в Москве и завтра будет жарко.
Высший Судия — он как и встарь
За грехи сожжением карает.
Неподсудны сцена, инвентарь,
А сюжеты, акты — всё сгорает.
Звук пропал — Кобзон с Кахно, дуэт,
Пионерский хор и Фрэнк Синатра.
Лишь из окон диктор мне вослед
Гонит: казнь продолжится и завтра.
Мальчик Децл роль пономаря
Исполняет каждый день с рассвета.
Каждый день сгорает жизнь моя,
А для всех в жаре сгорает лето.
Полдень. Обезлюдела Москва.
Твердь всё жиже. Небо високосно.
Диктор прохрипел: «Плюс тридцать два.»
Для костра судьбы, товарищ, сносно.