Круг знакомств Анны Ахматовой был весьма широк. В него входили не только ученые и литераторы, издатели и меценаты, но и художники, к которым поэтесса испытывала особую привязанность. В 1914 году она познакомилась с русским живописцем Борисом Анрепом, который произвел на Ахматову неизгладимое впечатление. К тому моменту он расстался со своей первой супругой, а брак самой Ахматовой буквально трещал по швам. Но эта пара предпочла навсегда остаться друзьями, хотя Анрепа и Ахматову связывало слишком много общего.
Поэтесса посвятила этому человеку более 30 стихов, среди которых – очень личное произведение «Широк и желт вечерний свет…». Написано оно было после того, как Борис Анреп покинул Россию и обосновался в Англии, которая стала для него второй родиной. Понимая, может уже никогда не встретиться с художником, Ахматова делится с ним своими самыми сокровенными мыслями, отмечая: «Ты опоздал на много лет, но все-таки тебе я рада». Поэтесса знает, что Борис Анреп – именно тот человек, который может быть не просто возлюбленным, а очень преданным и верным другом. Более того, поэтесса убеждена, что интимные отношения способны разрушить то удивительное взаимопонимание, возникшее между двумя едва знакомыми людьми. Именно Борису Анрепу Ахматова готова показать старую синюю тетрадь «с моими детскими стихами», о существовании которых не знал даже Николай Гумилев.
До встречи с этим художником Ахматова, по ее собственному утверждению, видела мир в черно-белых тонах и считала при этом, что вполне счастлива. Именно Борис Анреп открыл поэтессе простую истину о том, что нужно уметь радоваться каждому мгновению и не сетовать на неудачи. Ведь им на смену обычно приходит везение, а грусть уступает место радости. Главное, открыть сердце для позитивных чувств. Осознав это, поэтесса просит прощение у своего нового знакомого за том, что «жила скорбя и солнцу радовалась мало». Кроме этого, Ахматова искренне сожалеет, что долгие годы искала сочувствия и поддержки у тех, кто не способен был этого ей дать. Даже самые близкие и родные люди так и не смогли понять, что перед ними – не просто женщина, привлекательная и своенравная, а великая поэтесса, которой суждено стать одной из самых знаковых фигур в русской литературе 20 века. Борис Анреп был одним из немногих, кто сумел это осознать. Поэтому, обращаясь к нему, Ахматова отмечает: «Прости, прости, что за тебя я слишком многих принимала».
Будьте первым, кто прокомментирует или дополнит этот анализ!