Д. Cухареву

Она мне ясно говорит,
Что лишь для физики открыт
Душевный мир ее волнений и терзаний.
А я ей ясно говорю:
«Ты погляди-ка на зарю,
Побродим мимо крупноблочных зданий».
Она мне говорит: «Я извиняюсь,
В науки я немедля удаляюсь,
И цель моих настойчивых расспросов —
Известный русский физик Ломоносов».

Тут вспоминаю я при ней:
Он не знаком с Лавуазье,
Но оба в колбах что-то темное варили,
В один и тот же день и час
Они закон нашли для нас,
Как будто в самом деле сговорились.
Вот так, — я говорю, — и мы с тобою
Могли бы жить единою судьбою.
Она мне: «Ждет меня один философ,
Неслабый русский физик Ломоносов».

Ну хорошо, — я говорю, —
Я сам себя перекую,
Я стану физиком, борцом и патриотом,
Чтоб протекали наши дни,
Как у Кюри с его Мари,
Хотя бы как у Бойля с Мариоттом.
Она мне: «Уберите ваши руки!
Мне чужды все подобные науки,
И не таких касается вопросов
Известный русский физик Ломоносов».

Тут я догадываться стал,
Что уж давно и неспроста
Все ходит мимо и поглядывает косо
Не аспирант, не ассистент —
Неуспевающий студент
Очкарик тихий Мишка Ломоносов.
Она уже теперь его невеста,
А я с печалью обхожу то место,
Где, каменный, не ведает износу
Великий русский физик Ломоносов.