Исход

Понапрасну старается некий казак
саблю вырвать из ножен —
этот город был славен полвека назад,
а теперь он не нужен.
Но корытные улицы веры хотят —
пусть не в Бога, так в черта.
И бегут, куда манят, летят и летят
без ума и расчета.
Издыхает на солнце саманная степь.
Не казачьи подводы,
а цехов и заводов гремучая цепь
опоясала воды.
Славим малую родину — что же она
все болит, все болеет?
И стенает, и стонет, и сипнет волна,
и скрипит, и мелеет.
Пролетарское знамя свободу сулит,
но какая свобода —
если в воздух предместий подмешан сульфит
заодно с водородом?
И казалось бы — цензора нет над строкой,
сгинул призрак острожный,
только горло зажато державной рукой
и дышать невозможно!