Я щас взорвусь, как триста тонн тротила,
Во мне заряд нетворческого зла:
Меня сегодня Муза посетила, —
Посетила, так, немного посидела и ушла.
У ней имелись веские причины,
Я не имею права на нытье.
Представьте: Муза ночью у мужчины!
Бог весть, что люди скажут про нее.
И всё же — мне досадно, одиноко, —
Ведь эта Муза — люди подтвердят —
Засиживалась сутками у Блока,
У Бальмонта жила не выходя!
Я бросился к столу — весь нетерпенье,
Но… Господи, помилуй и спаси!
Она ушла, исчезло вдохновенье
И три рубля, — должно быть, на такси.
Я в бешенстве мечусь, как зверь, по дому.
Но бог с ней, с Музой, — я ее простил.
Она ушла к кому-нибудь другому,
Я, видно, ее плохо угостил.
Огромный торт, утыканный свечами,
Засох от горя, да и я иссяк.
С соседями я допил, сволочами,
Для Музы предназначенный коньяк…
Ушли года, как люди в черном списке.
Всё в прошлом, я зеваю от тоски.
Она ушла безмолвно, по-английски,
Но от нее остались две строки.
Вот две строки, — я гений, прочь сомненья!
Даешь восторги, лавры и цветы!
Вот две строки: «Я помню это чудное мгновенье,
Когда передо мной явилась ты!»
Пусть я еще пока не член Союза,
За мной идет неважная молва,
Но я благодарю тебя, о Муза,
За эти незабвенные слова!
Будьте первым, кто прокомментирует это стихотворение?