Радклифская ночь

Заря вечерня угасает,
Агатну урну ночь склоняет,
Росу и мраки льет.
При слабом свете звезд дрожащих,
Мечтаний, призраков парящих
Толпу с собой ведет.

Те радуют и забавляют,
А те дивят и изумляют
Меня в чудесных снах.
Другие ж в платье погребальном,
И в виде мертвом и печальном,
Наводят чувствам страх.

Царица тихих размышлений
Богиня тьмы и привидений,
О ночь, боязни мать!
Приятен мне покров твой темный,
Я вздохи, завыванья томны
Ветров люблю внимать!

Когда в густейшие туманы
Оденешься и ураганы
Ты катишь по скалам, —
Волна клокочет подо мною,
Дробится с бурею глухою,
И нравится ушам.

Мила ты и в спокойных сценах,
Когда в летучих феноменах
Сверкает твой фосфор,
И легки молньи не опасны,
И северны сиянья ясны
Мой занимают взор.

О, сколь ты в те часы любезна,
Как зыблется пучина звездна
Огнем несчетных волн!
Луга, тропинки мне являешь,
Во мраке рощу обнажаешь,
В парах стоящий холм.

Тогда в кругу предметов разных,
Безъименных, страннообразных,
Теряюсь взором я;
Давая волю кисти смелой,
Волшебное им пишет тело
Фантазия моя!

Под кровом мрака заблуждаюсь,
В пустынях… на гору взбираюсь,
Сажуся и внемлю:
Унылый ветер то вздыхает,
Он завыванием пронзает
Всю внутренность мою.

Сколь меланхолия небесна
Тогда душе моей любезна!
Лью сладких слез поток…
Так! — духи вкруг меня порхают,
Вздохну ль — мне также отвечают
Чрез трогательный вздох.

О, чада теней и молчанья,
Бесчисленны очарованья!
Вас кто не предпочтет
Существенным картинам бедным,
Которых взором охлажденным
Узрю, как рассветет?