(К известному изречению Воланда
из романа М. Булгакова «Мастер и Маргарита»)
Увы, они горят… Бездушному огню едино всё.
Бумага есть бумага.
Вслед за Мессиром зря иные это говорят,
ведь Воланд — он. А мы — сермяга.
И вторить Воланду не нам,
но со времён Александрии (*)
Грешно землянам проявлять
к огню беспечной эйфории.
Папирусы, пергаменты, бумага…
Что в них не напиши, огонь сожжет.
И мир земной ещё не видел мага,
Который их в огне убережёт.
Вселенная! Она непостижима
ни Верой, ни Наукой.
Быть может Сатане и впрямь такая штука,
Как рукопись сгоревшую достать,
Оценивать достоинства, листать —
Естественна, но нам-то что с того?
Для нас в огне потеря безвозвратна,
И если что сгорит — не возродить обратно.
И эту истину простую
не стал бы я тут зря толочь,
Когда б в эфирах и с экранов
порою слышать уж невмочь:
«Но рукописи не горят!»
… на все лады нам говорят…
Я так сужу: нам намекают
… они (… с мессиром!) это знают!
Примазаться к нечистой силе
Иные лезут вон из кожи
В надежде, что в его горниле
Им перепасть поблажка может.
*) Имеется ввиду утрата в пожаре знаменитой древней библиотеки.
Январь, 2006
Будьте первым, кто прокомментирует это стихотворение?