У неброской, уездной церквушки
В час, когда окликается Русь,
У ограды — обвислые ушки,
Безысходная, каряя грусть.
Я куплю им колбасы в продмаге,
Чтоб слюной увлажщшась рука,
Чтобы жадно глотали, бедняги,
И блаженно ходили бока.
Оттого эти рыжие суки
Так влекут в захолустной глуши,
Что, быть может, последние звуки
Извлекут из умолкшей души.
Будьте первым, кто прокомментирует это стихотворение?