Юбилей капитана Владимиру Алексеевичу Мишукову к 70-летию

34 0

Владимир Алексеич Мишуков!
Наш волк морской от головы до пяток,
В двухтысячном, на рубеже веков,
Вступаешь ты в восьмой десяток.

Сегодня твой, Володя, юбилей
И позади не малые итоги;
Будь счастлив, весел будь и не болей!

Морские и земные боги,
Что берегли его на жизненном пути,
За вас мы пьём!

Теперь нальём
Другой бокал и бросим взгляд
Сквозь дымку лет,
туда… назад…

Он флотским офицером был;
Как с крабом шла ему фуражка!
Он взглядом девушку убил…
Лишилась разума, бедняжка.

Как видно, в крабе том была
Сокрыта колдовская сила,
Коль нашу Галю из Москвы
Она на край земли сманила.

А там бескрайний океан,
Что опрометчиво назвали “Тихий”,
Кипит, бушует — крут и рьян…
Да, он воистину “Великий”.

Когда на гребень волн вздымает он
Корабль-монстр с чудовищной начинкой,
В пучине тёмной старый Посейдон
Играет им, как маленькой песчинкой.

А дома капитана ждёт жена,
в устах вопрос немой,
Тот, что он слышит от заката до восхода:
Когда же, капитан, вернёшься ты домой?
Когда придёт эскадра из похода?

Да, служба моряка,
Все знают, не легка,
Летели и мелькали дни-денёчки,
Но даже корабли
Гасили все огни,
Чтобы темней и жарче были ночки…
Что б на краю земли
Родились и взросли
У них дальневосточные сыночки.

Но вот — метаморфоза!
(Поэзия не проза
И не её стихия — биографии),
Но как ни удивительно,
Судьба вдруг так стремительно
Свершила перемены в географии.

Чужая жизнь легка,
Когда из далека
О ней мы судим лишь по редким вехам,
Но ты спроси себя:
“А не поддался б я
Превратностям Судьбы, её помехам?”

Наш Капитан наметил новый курс:
И был он твёрд, и с курса он не сбился…
Теперь в Париже он
Без краба и погон,
В какой же роли он сюда явился?

Бывает он в посольствах и в торгпредствах,
Быть может — атташе иль военпред?
Заметно, что порой стеснён он в средствах,
Но для советских в том зазору нет.

Он атташе иль военпред — одно из двух,
А может статься — просто дипломат?
Но распустили про Володю слух,
Что у него в кармане автомат!
Что он — агент наш тайный “ноль-ноль-пять”,
И что за ним охотятся разведки…
Но это мстят, так надо понимать,
За невниманье к ним парижские кокетки.

О, сплетни и догадки!
До слухов люди падки,
Но мы не будем строго их судить;
К тому ж, я ясно вижу,
Володя наш в Париже,
Чтоб Галочке там Вовочку родить!

Ничто, как говорится,
Не может вечно длиться,
И вот, Париж остался за кормой.
По телефону новость:
Слыхали? Мишуковы
Сегодня возвращаются домой!

Ах! Что вы! Мишуковы?
Как дети? Коля, Вова?
Алёша?.. Каждый день и Ах и Ох!
Уборки и наряды,
Приёмы и парады,
По всей родне пошёл переполох…

Но долг зовёт, и знает Капитан:
Служить Отчизне — фраза не пустая;
Из множества больших и малых стран
Ему работать выпало в Китае.

Китай! Огромна тема эта,
Она — раздолье для поэта,
Но надо меру знать и честь;
Давно хотят уж гости есть.
И мне пора б заткнуть фонтан —
Сижу в гостях, а всё не пьян!

* * *

Дела давно минувших дней
Уплыли вдаль, во время оно…
Теперь в тиши, средь словарей
Толмач с химическим уклоном —
То наш Владимир Мишуков…

На этом — всё!
Довольно слов!

Тебе, Володя, многи лета!
Добра, Любви, Здоровья, Света!

P. S.

Володя, Галя, вас прошу —
Мой стих вы не судите строго;
Коль против Истины грешу —
Надеюсь, что не очень много.

Быть может, и сместил где я
Случайно факты вашей жизни,
Прошу за то простить меня
И не подвергнуть укоризне.

К тому ж пред вами я признаюсь,
Что я не властен над сюжетом;
И, коль от правды отклоняюсь,
То муза виновата в этом.

Я только лишь рукой вожу
Прилежно под её диктовку,
Я ею не руковожу,
Но я люблю её, плутовку.

Её таинственный заряд
Блистать мне позволяет в свете,
Ведь обо мне все говорят,
Как о талантливом поэте.

Но если кто и виноват,
Что стих мне не удался,
Так это всё она — жена;
Я слаб и ей поддался.

Она сказала: “юбилей
Володин скоро, слышишь?
Давай, пиши стихи скорей,
А если не напишешь —
Не стану я тебя кормить,
Стирать тебе не буду,
Тебе не стану спину мыть
И за тобой — посуду!”

Я ей в ответ: ”жена, уволь,
Ты затеваешь карамболь”.
Она в ответ мне: “Слышишь?
Уйду, коль не напишешь!”

Сажусь писать, а то — пропал!
Слова таскал, как грузы…
Не знаю, что б я накропал,
Когда б ни помощь музы.

* * *

Вы теперь уж так и знайте:
Коли стих мой “не таё”,
Стрелы гневные пускайте
Не в меня, а вот в неё.

Если ж тронул душу вашу
Стих мой, вызвав добрый смех,
Гранд-мерси супруге нашей
Вы скажите за успех.

Я ж от радости за Лену
Весь зардеюсь кумачом,
Тогу скромности надену;
Я здесь, право, ни при чём.

Леонид Котов, 14 апреля 2000 г.

Понравилось стихотворение? Оставьте свой комментарий!
Обычные комментарии
Комментарии

Будьте первым, кто прокомментирует это стихотворение?

Помните, что все комментарии модерируются, соблюдайте пожалуйста правила сайта и простые правила приличия! Уважайте и цените друг друга, и, пожалуйста, не ругайтесь!

Добавить комментарий

5 случайных фактов
Перед смертью Пушкин А. С. просил прощения за нарушение царского запрета на дуэли: «…жду царского слова, чтобы умереть спокойно…».
Из биографии А. С. Пушкина
Согласно распространённой версии, Пушкин А. С. посвятил написанное в 1825 году стихотворение «Я помню чудное мгновенье...» Анне Керн. Через пятнадцать лет композитор Глинка положил эти строчки на музыку и посвятил романс её дочери — Екатерине Керн, в которую был долго влюблён.
Из архивов русской поэзии
Имя Светлана не является исконно славянским. Оно было придумано и впервые использовано поэтом Востоковым А. Х. в романсе «Светлана и Мстислав», а широкую популярность получило после выхода в свет баллады Жуковского В. А. «Светлана» в 1813 году.
Из архивов русской поэзии
А. С. Пушкин помнил себя с 4 лет. Он несколько раз рассказывал о том, как однажды на прогулке заметил как колышется земля и дрожат колонны, а последнее землетрясение в Москве было зафиксировано как раз в 1803 году. И, кстати, примерно, в то же время произошла первая встреча с Пушкина с императором — маленький Саша чуть было не попал под копыта коня Александра I, который тоже выехал на прогулку. Слава богу, Александр успел придержать коня, ребенок не пострадал, и единственный, кто перепугался не на шутку — это няня.
Из биографии А. С. Пушкина
А в знаменитый лицей Пушкин А. С., оказывается, поступил по блату. Лицей основал сам министр Сперанский, набор был невелик — всего 30 человек, но у Пушкина был дядя — весьма известный и талантливый поэт Василий Львович Пушкин, который был лично знаком со Сперанским. Уж не знаю как чувствовал себя дядя впоследствии, но в списке успевающих учеников, который подготовили к выпускному вечеру, Пушкин был вторым с конца.
Из биографии А. С. Пушкина
© 2008 - 2019 Сборник русской поэзии "Лирикон"
Рейтинг сборника русской поэзии Лирикон