Надоели сказки бездарные —
столько россказней и легенд,
надоели сплетни базарные,
облепившие монумент.
Столько липких, нетрезвых слухов!
Но сейчас не об этом речь,
и, как он бы, собравшись с духом,
я хочу эту ложь пресечь.
Замолчите, не смейте, слышите!
Он пилотом был до конца.
Если вам это можно — выпивши,
он нигде не терял лица.
Я скажу о нашем Гагарине
без ненужных слёз и «ура».
Он летал на такой развалине,
что давно на свалку пора!
Был не раз мотор в перечистке,
три ресурса давно прошли.
Неужели во всей Отчизне
лучших крыльев ему не нашли?!
Тут не техники виноваты —
весь отряд летал на таких,
на гробах, изъятых когда-то
из частей из лётных других.
Понимаю — в любом хозяйстве
нужен разум и глаз да глаз.
Всероссийское разгильдяйство
столько раз убивало нас.
Кто-то тихо живёт на пенсии,
нету двух убитых друзей.
Написали о Юре песни
и —
позабыли открыть музей.
Мама всё ходила с ключами,
всё стояла в пустых углах,
где завьюженными ночами
Юру нянчила на руках.
Чьи-то руки не доходили
до крестьянских этих дверей,
лишь у мамы хватило силы
укрепить табличку «Музей».
Я хочу, чтоб избушка эта
стала собственностью Земли,
чтобы жители всей планеты,
сняв ботинки, в горницу шли.
Ни печалью, ни горькой правдой
сына матери не вернуть.
Пусть ей будет тихой отрадой
к Юре в гости вселенский путь.
Будьте первым, кто прокомментирует это стихотворение?