Одному знакомому

А. Павлову

Мы с ним дружили в годы, что теперь
застойными назвали. Вместе пили,
входили в окна и влезали в дверь
к одним подругам, жили и шалили,
как издавна ведется на Руси.
Ругали власть и предавались лени
и богохульству… Боже упаси
меня теперь от прежних откровений!
Мы с ним дружили, корчились от мук
и гулевали вместе по столовкам,
известных всем. Разлапистый мой друг
кропал стишки довольно-таки ловко.
Окраинная, красная трава,
домкраты домен, трубы коксохима
впрягались в его строфы и слова —
ну, как сказать? — весомо, грубо, зримо.
А время шло, крутились жернова,
перетирая дни, декады, годы…
Один стал худ. Другой стал жирноват,
хоть замышлял далекие походы.
Как говорится, каждому свое.
Тебе — педаль. Ему — медаль и мебель.
И так переменилось бытие,
что знай о том — перевернулся б Гегель!
И мы друг друга, вроде, узнаем,
а год пройдет — и вовсе не заметим.
А ведь когда-то мыкались вдвоем
и третьего искали. Где он, третий?..