Трое

Когда бойцы прорвались к сердцу боя,
Где, шевелясь и плача, как живой,
Снег превратился в месиво рябое,
Размолотый волною огневой,

Из скрытого в седом сугробе дзота,
В затылок им, исподтишка, в упор
Хлестнули три немецких пулемёта,
Тупые рыла высунув из нор.

Какой-то миг — и взвод поляжет строем,
Как березняк, погубленный в грозу.
Какой-то миг!.. Но — яростные — трое
Уже рванулись к щелям амбразур!

Замолкни, смерть! В глаза твои пустые,
Где навсегда остановилась тьма,
Глядят большевики как жизнь — простые,
Бессмертные, как Партия сама!

Здесь, заслонив друзей живою стенкой,
Руками обхватив концы стволов,
Легли Красилов и Герасименко,
Упал — на третий — грудью Черемнов.

Они стволы закрыли и телами
Прижались к ним, прицел перекосив,
В стволах свинец расплавленный и пламя
Своей горячей кровью погасив.

О Родина! Они тобою жили,
Тебе клялись сквозь тьму, сквозь немоту,
Они тебе и мёртвые служили
И, отслужив, остались на посту!

Не просто гнев иль мужество, велели
Им головой ответить за других, —
Нет, ясное сознанье высшей цели
На эту смерть благословило их!

И называя лучших поимённо
И в горести, и в гордости своей,
Земля родная, преклони знамёна
Перед бессмертной славой сыновей.