Я уснул и попал в заповедник воров,
если б кто рассказал, не поверил,
там воров развелось, как в лесу комаров,
даже днём запираются двери.
Продавщицы на толстых коротких ногах,
что в капроне с колбасами схожи,
выносили привычно авоськи впотьмах,
трудовые успехи итожа.
И со стройки, мечту разделив на троих,
убирали паркет — шито-крыто!
Крали строки поэты у братьев своих,
композиторы — песни и ритмы.
Крали доски, ботинки, детали машин
и с вином, и с бензином канистры,
место в вузе и должность,
и так, для души,
воровали завхозы, министры.
Пусть грозили законы с неласковых пор,
но хотелось хоть что-нибудь, что-то
увести и присвоить: не пойман — не вор, —
хоть простой карандашик с работы.
Благо, было кругом всенародное всё,
и богата земля, и обильна,
тянут, тянут, никак не растянут её,
да ведь тянут своё — не обидно.
Но пришёл к управленью крутой человек,
он привычкой веков не смутился
и по пальцу велел отрубать, да у всех,
невзирая на званья и лица.
Я не помню великой расплаты финал.
Испугались? А может, не слишком?
Но среди палачей я внезапно узнал
знаменитого прежде воришку.
Он лукаво с помоста подмигивал мне
и подбрасывал срубленный палец,
и толпою брели к справедливой резне
те, что за день сегодня попались.
Я проснулся и мигом ладони разжал —
пальцев было по пять, как ни странно,
я увидел вокруг торопливый вокзал
и у ног не нашёл чемодана.
Будьте первым, кто прокомментирует это стихотворение?