Уставший город тьмою огранен.
Бог вилку позабыл воткнуть в розетку.
И лишь Орджоникидзевский район
роняет с подоконников подсветку.
Обнажена тугая тишина —
то всплеск, то выплеск, шорохи да вздохи.
Увы, мой друг, воистину грустна
фантомная мистерия эпохи.
Пересекая сонные дворы,
где врозь живут и вместе умирают,
не забывай о правилах игры,
которые нас метко выбирают.
А эта ночь и вправду хороша!
Ты, грудь подруги чувствуя, тревожно
прислушайся — поет твоя душа
или молчит грешно и осторожно?
Ах, ангел мой в рубашке голубой!
Куда бы мы ни метили, ни плыли —
ах, ангел мой, на краешек любой —
повсюду хватит пламени и пыли!
Повсюду хватит зимнего тепла,
земных надежд и лютого терпенья…
Ах, ангел мой, так эта ночь светла,
что видно, как запотевают тени.
Не за себя, а за тебя боюсь,
объятьями измаянная ночью,
обманутая мною наизусть
до самого немого многоточья…
Будьте первым, кто прокомментирует это стихотворение?