Я должен вернуться…

Мы первого сна не успели ещё досмотреть,
И в свадебном кубке искусанных губ не мочили,
Когда пошатнулся наш дом, как рудничная клеть,
И молнии врезались в камни, и нас разлучили.

И понял я вечность в ту ночь, когда мёртвый сосед,
Лицо запрокинувший в звёздное небо России,
Молчаньем своим указал мне твой призрачный след
От взорванных звонниц и стен новгородской Софии.

Ты вёсны любила, а я не сберег их, прости!
Калёная вьюга нас встретила сразу за дверью,
Цветами железными выстланы наши пути,
Но я ещё крепче в живую любовь твою верю!

Как в лунные ночи черёмух настой серебрист,
Как реки степные на плёсах ленивы и плавны!
И вновь на земле золотых соловьёв пересвист,
И топот похода, и юная грусть Ярославны.

И ты ей сейчас по тревожному сердцу сестра,
Ведь нам только грезились тайные дальние дали,
В купальскую ночь мы не жгли колдовского костра,
Над светлой рекой на заветных венках не гадали.

И столько на свете цветёт заповедных долин,
И столько у зорь красоты, не увиденной нами,
Что снова и снова, со смертью один на один,
Я, трижды убитый, тянусь к её горлу руками.

Я должен услышать последний клокочущий всхлип
И вольное небо увидеть далече-далече,
И в бархатных мальвах, и в белом кипении лип
Твой облик единственный, взгляд твой, летящий навстречу.